lillyho: (читательница)
[personal profile] lillyho

Эльсия только что вернулась из читального зала Библиотеки. Сегодня она закончила читать последнюю книгу из списка, который ей вручила Маэль Седай, для обязательного прочтения. В келье она не читала: берегла свечи. Хотя дежурные раздавали свечи каждый день, но Эльсия предпочитала экономить, чтобы в непредвиденный случай, когда случиться необходимость, свечей было предостаточно. Ей вполне хватало огня в камине. Она было собралась принести воды для вечернего омовения, как дверь отворилась и вбежала дежурная Послушница.

– Вот это тебе записка от Маэль Седай. Ты, наверно, что-то натворила? Ну я тебе не завидую! – Выпалила она, вручая записку шончанке. И, не дожидаясь ответа на свой вопрос, девушка развернулась на пятках и умчалась дальше.


* Что я натворила?* – удивилась Эльсия. Весь день она прилежно занималась, потом стирала бельё в прачечной, потом сидела в библиотеке с книгами и рукописями. В прачечной её похвалила старшая прачка. Сказала, что её способ приготовления мыльного раствора из мыльной стружки, а не из кусков мыла, экономнее и в нём лучше отстирываются грязные пятна. Особенно на мужской одежде. На занятиях тоже никаких нареканий на неё не было.
Она ещё раз перечитала записку
.
Завтра, после Разгара, Эльсия Луоне должна явиться в кабинет Наставницы Послушниц. Маэль Седай.
*Не буду гадать на гуще каф, а спокойно встречу то, что мне надлежит* – Решила Эльсия и стала готовиться ко сну.

Едва отзвучали последние звуки полуденного колокола, а Эльсия стояла перед дверью кабинета Наставницы послушниц. Взявшись за кольцо она постучала три раза и, услыхав из-за двери разрешение войти, отворила её и вошла.
– Да осияет вас Свет, Маэль Седай. Я явилась, как было приказано, – проговорила шончанка приседая в приветственном реверансе.
– Присядь, Дитя Эльсия. Ганима Седай сообщила, что ты сдала все книги из списка, предложенного мной для твоего прочтения. Ты готова продолжить прерванную в прошлый раз беседу? Сделала ли ты для себя какие-либо выводы и можешь ли сказать, что стала лучше понимать людей этого континента?
Наставница оперлась локтями на стол, сложила пальцы домиком и, подавшись немного вперед, обратилась вслух.

Эльсия уселась на краешек стула и услыхав, причину, по которой её вызвала Маэль Седай, внутренне порадовалась, что сейчас состоится беседа, к которой она так долго готовилась.
– Да Маэль Седай, с каждой прочитанной книгой мне многое стало понятным. Правда я также поняла, что книжные описания жизни не есть сама жизнь. Не скажу, что я её узнала во всей полноте. Но мне, как я уже сказала, стали понятны различия между взглядами на жизнь в Шончан и на континенте. И ещё мне стало понятно...
Шончанка запнулась, но помолчав добавила, обдумывая, как по точнее выразить то, что она чувствовала и думала:
– И ещё я поняла, что это практически не приблизило меня к принятию всего, что есть на Континенте. Одно дело понять, людей и их поступки. Другое дело их принять, т.е. самой также поступать, как и они в похожих ситуациях.
– Я уже говорила, как это было бы в Шончан... – И тут Эльсия вдруг поняла, что она сказала не " у нас в Шончан", а просто назвала свои родные места "Шончан", как что-то отстранённое от себя. Но заминка вышла небольшой и она продолжила:
– Здесь на Континенте... Наказание... Наверно отец его ударил в порыве гнева, за что сын решил, что его надо наказать за сообразительность и смелость взять ответственность на себя? Так?

– Верно, Эльсия. Принято, что дети должны почитать своих родителей и слушаться их во всем. Считается, что солдат не имеет права не то, что нарушить – не должен даже думать о правильности и необходимости приказа своего командира. Но в жизни всегда есть исключения из правил. И человек в своих поступках всегда должен исходить из того, что должно делать, а не из того, что от него ждут, из того что справедливо и истинно верно. Поступая так, мы принимаем на себя ответственность за наш поступок – солдата могут казнить, а ребенка - наказать. Но ни тот, ни другой не вправе смиренно ожидать наказания – если уж они пошли против правил, то должны были иметь на это веские основания, должны были осознавать свою правоту и быть готовыми отстаивать ее. Я не говорю сейчас о тех, кто нарушает приказы и правила только ради собственной прихоти. Ты должна это понимать. – Маэль помолчала, давая Послушнице возможность обдумать услышанное. – Теперь, я полагаю, ты можешь осознать полноту своей вины. Ты направила Силу без разрешения Принятой или Айз Седай. Ты не просто направила Силу. Ты сплела щуп Искательства и коснулась им человека, что категорически делать запрещено без надлежащего обучения. Поскольку неверно сформированный щуп может быть опасен не только для тебя и для жизни другого человека.
Эльсия согласно кивнула головой. Неправильно сформированный щуп Искательства способен разорвать на мелкие кусочки, того в кого его погружают, чтобы выявить причины болезни. Карима однажды специально позволила ей чуть ослабить плетение и использовать такой несовершенный щуп на больной крольчихе. Потом Эльсии пришлось счищать кровавые ошмётки со стен всей комнаты для занятий. И пришлось срочно переодеваться и ей, и Кариме.
– При этом ты смогла преодолеть трудности, что ранее возникали у тебя при работе с Саидар. – Продолжала пояснения Наставница Послушниц. – А это говорит о том, что ситуация на уроке подействовала на тебя слишком сильно. Это, в свою очередь, похвально... Но только единожды, Дитя. Помни – от тебя ждут смирения, ясной головы и хладнокровия в любых ситуациях. Учись этому. И, наконец, ты сама потребовала себя наказать за то, что нарушила правила обучения в Башне, забыв, что здесь только Айз Седай и Наставница Послушниц вправе решать, кого и за что наказывать. Ты вынесла себе приговор, без учета всех обстоятельств, заставивших тебя совершить проступок, и твоё суждение оказалось не верным.

Маэль вновь замолчала, но только для того, чтобы наклониться и стянуть со своей левой ступни туфлю. Затем она встала и указала туфлей, зажатой в руке, на скамью за ширмой:
– Таким образом, рассмотрев и оценив все твои поступки и доводы, а также первопричины таковых, я принимаю решение наказать тебя пятью ударами туфлей.
Мысленно Наставница вздохнула.
*Видит Свет, наказывать Эльсию не за что, если вспомнить, что она – шончанка. И в тот день подобное поведение было для девочки более чем естественным. Но ей пора начинать думать о себе не просто как о шончанке, а, в первую очередь, как о Послушнице Белой Башни. Очень многообещающей Послушнице, надо сказать.* Именно поэтому Маэль так постаралась так подробно объяснить ход своих рассуждений для Эльсии. Именно поэтому она всё же решила наказать ее. И именно поэтому решила наказать именно болью, что в Шончан считается унижением. *Здесь это не унижение. Никогда. Здесь это просто способ наказания, когда увещевания уже не действуют. Это она также должна принять, иначе это сломает ее.*

Пока Маэль Седай разъясняла ей всю несостоятельность поведения Воина Дома у Послушницы Белой Башни, Эльсия соглашалась с каждым словом. В принципе она так и проанализировала, свой проступок на занятии. Вот только со словами Маэль Седай, о том, что она сама себя решила наказать, стало понятно, что Послушница так вести себя не должна. А объявление о наказании пятью ударами туфлей, всё-таки повергли её в изумление. Эльсия недоверчиво уставилась на Маэль Седай и тихо переспросила:
– Туфлей?
– Именно туфлей, Дитя. Ложись на скамью. – В голосе Наставницы явственно сквозила угроза. – Если Эльсия станет возражать, то к пяти ударам туфли добавятся пять ударов розгой. И Маэль уж постарается, чтобы следы от последних отравляли жизнь девушка как можно дольше.

Эльсия легла на дубовую скамью, стоящую рядом у стены за дверью. Скамья была достаточно широкой и отполированной до блеска. Но запаха воска для полировки совсем не чувствовалось. И тут Эльсия поняла, КАК полируется эта скамья. И для чего там, в самом углу за скамьёй, стоит плетёный короб с ивовыми прутьями. Ведь мастер по оружию всегда начинал первые тренировки с деревянным мечом в одной руке и просоленным ивовым прутом в другой. Иначе как по-другому научить будущего воина принимать боль! Все, кто однажды пришёл в этот кабинет, претендуют на то, чтобы стать в конце обучения Айз Седай. Айз Седай – это воины Света, они должны уметь принимать боль, как любой воин. Эльсия умела принимать боль. А удар туфли всяко разно – не солёный прут.

* Выходит и не сильная, а обидная боль должна приниматься, как ещё большее наказание для меня.*– Сделала шончанка мысленно такой вывод.
Пять шлепков, приглушаемых шерстяным платьем на теле Послушницы, раздались в тиши кабинета Наставницы. Затем последовала пауза, когда Маэль обувалась.
– Ты можешь быть свободна, Дитя. Иди в Свете.

Это было не больно, но страшно и обидно. И это было НАКАЗАНИЕ. Наказ жить и служить Башне по её законам и порядку. И Эльсия Луоне, Послушница из Империи Шончан впервые осознала, что окончательно рассталась со своим прошлым. *
Прошлое невозможно забыть, но расстаться, оказывается, можно. Права была Маэль Седай. Да и как же иначе! Айз Седай никогда не лгут.* С этой мыслью наказанная послушница шустро вскочила со скамьи, в полировку которой только что внесла и она свой скорбный вклад.
– Да пребудет с вами Свет, Маэль Седай, – проговорила она, приседая в прощальном реверансе, и вышла за дверь.

Увидев Эльсию, выходящую из кабинета со слезами, которые вдруг ручьём потекли по щекам, дежурная Послушница спросила с участием:
– Было очень больно?
Эльсия была не в силах что-то ответить и только махнула рукой.
– Понимаю... – услыхала она от дежурной.

Миниатюрная Послушница, похоже родом из Иллиана, натирающая пол рядом с кабинетом Наставницы, возмущенно хмыкнула, и не разгибая спины, уставилась на шончанку и дежурную, потянувшуюся, чтобы утешить плачущую девушку.
– Чего тут понимать? – Вмешалась с запальчивостью она в разговор Эльсии и дежурной. – Если получила, значит, за дело. Но что-то мне не вериться, что Маэль Седай ее сильно отходила – криков слышно не было. А если не орала, знать, и не больно было. Небось, ревёт, потому что в первый раз схлопотала. Так ведь?

Эльсия с благодарностью кивнула дежурной Послушнице, но не стала утирать слёзы. Слёзы – это удел тела, оно может реагировать по-разному и на боль физическую, и на боль душевную. Но ей вдруг захотелось ответить этой Послушнице, усердно натирающей пол, как на Словесном Поединке на празднике Семерых Мудрецов:
– Слёзы это секрет молодой красивой кожи. Женщины в Шончан нюхают специально гадючий лук, чтобы вызвать слёзы и ни в коем случае не вытираю их. Они должны высохнуть, чтобы кожа посвежела и омолодилась. Глядя на твоё усердие по натиранию пола, мне и гадючий лук не потребовался.
Хорошенькая иллианка пару мгновений растерянно хлопала ресницами после "откровений" шончанки, а потом запрокинула голову и расхохоталась. Кое-как отсмеявшись, девушка аккуратно рукавом утёрла выступившие
от смеха слезинки в уголках глаз . А потом еще раз хихикнула :
– Может ваши женщины в Шончан, – она выплюнула ненавистное название, – не такие уж и дуры, если посмотреть на лица наших Айз Седай. Ведь всем известно, что путь до шали тернистый... Хи-хи! Но ты не очень то усердствуй – сопливый нос и красные глаза верные спутники этой твоей "молодости".

– Ты права и не права одновременно. Права: потому что путь к шали и в самом деле тернистый, и моё наказание, и твоя работа – подтверждают это. А не права, потому что если не растирать слёзы, то и глаза не будут красные, и нос не сопливый. В следующий раз, когда на твоём пути к шали встретиться боль, неважно какая: физическая или душевная – и слёзы потекут из твоих глаз ей навстречу, вспомни этот рецепт и твоя красота станет ещё ярче!
И что бы разрядить неловкий разговор и не вызвать напрасную обиду у этой девушки, такой миниатюрной и хрупкой с виду, она добавила:
– Видишь, как они меня украсили и омолодили! Теперь если кто встретить Эльсию Луоне, Послушницу из Белой Башни, нипочём меня не узнает!


Маленькая иллианка слегка вздёрнула носик и заулыбалась, услышав откровенную лесть в свой адрес, но спохватилась. Самодовольная улыбка на ее лице сменилась другой – приторно-сладкой.
*Я знаю, что красива и без всяких слез, а о старости мне думать еще рано!* Она мысленно показала язык Эльсии и выпрямившись, бросив тряпку в ведро.
– А ты советы мне не раздавай! Не в примерах для подражания ты у Зоэ Росидо ходишь, дылда. Подумаешь, получила пару затрещин, так теперь и гордиться будешь ими всю жизнь. Мне и крепче доставалось, да как видишь – не хожу, не хвастаю, жизни никого не учу. И тебе – не советую! Омолодили ее! Тьфу! Зад твой разукрасили – всего и делов-то.

– Дылда Эльсия Луоне, благодарна красавице Зоэ Расидо за науку и подаренное имя – Серьёзно ответила шончанка.
Теперь-то она понимала, что те, кто выходят от Наставницы после полировки скамьи у стены, имеют право делать вид, что совсем ерунда – эти все наказания... А уж повод для наказания всегда найдётся: когда учишься не избежать ошибок, за которые надо платить. Чтобы наука пошла на пользу. Иначе можно совершать одну и ту же ошибку в обучении, не продвигаясь ни на пядь дальше.

Приготовившаяся к перепалке, Зоэ оторопела. Она слышала про Эльсию и про ее проблемы с восприятием окружающих. Первым порывом было отомстить в лице этой девушки всем шончан, пусть месть и будет детской – наплести что-нибудь, чтобы Эльсия поверила, что "дылда" – почетное звание. Но неожиданно для себя самой иллианка устыдилась. Нахмурившись, она вернулась к натиранию полов и, нехотя, пробурчала, поймав косой взгляд дежурной:
– Дылда – это не имя, а обидное прозвище – за рост. У меня шея затекла с тобой разговаривать! Так что не стоит благодарности!
Тихое покашливание дежурной, заставило Зоэ добавить:
– Извини. – Она насупилась еще больше и, обмакнув тряпку в ведро, стала тереть пол столь яростно, что брызги летели во все стороны, грозя замарать белые платья стоявших рядом Послушниц.

– Я поняла, что ты сказала "дылда" не со зла. Наверно по всему свету называют дылдами высоких девиц.– Улыбнулась Эльсия, покрасневшей Зоэ. – Так что ты можешь не приносить извинение. А я, когда тебя благодарила, имела в виду, что ты назвала мне своё имя... Я тут в Башне ещё мало кого по имени знаю...
– А ты держи уши и глаза открытыми. Не только имена можно узнать за обедом или над тазом в Прачечной. – Подмигнула дежурная Эльсие и отступила в стороны, чтобы не мешать Зоэ. А та лишь еще яростнее стала тереть пол. *
Вот же нахалка! Страну мою подмяли под себя, а теперь эта еще считает, что я ей и имя своё подарю!*
– Спасибо за хороший совет, – поблагодарила дежурную Эльсия. И добавила, глядя на сердито трущую пол раскрасневшуюся Зоэ, – Не сердись, пожалуйста, я уже ухожу, чтобы не мешать тебе работать. Если тебе понадобится помощь, смело обращайся ко мне, Зоэ Расидо. Я твоя должница, ты мне очень помогла.
И Эльсия поспешила к себе в келью дальше по коридору.
*
Не было бы моего наказания, не познакомилась бы с этой милой девушкой, похожей на фигурки из прозрачного фарфора Морского Народа, которые было так приятно разглядывать в детстве за стеклом в Парадной зале Дома Луоне. Вот ведь как в мире устроено: за печалью следует радость, и Тьму разгоняет Свет.*
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

If you are unable to use this captcha for any reason, please contact us by email at support@dreamwidth.org


 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

lillyho: (Default)
lillyho

October 2017

S M T W T F S
1 234567
8910 11121314
151617181920 21
22232425262728
293031    

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 23rd, 2017 01:23 pm
Powered by Dreamwidth Studios